Шопен и Клавка. Пять книг, которые стоит прочитать в июне

7 июня, 13:09
Цей матеріал також доступний українською
Шопен и Клавка. Пять книг, которые стоит прочитать в июне - фото

Видавництво Анетти Антоненко

Истории, рассказанные в этих книгах — жарче, чем нынешний июнь.

Фото: НВ

Богемную жизнь парижских художников, квартирный вопрос советских писателей, воровские святые одесского мира — это лишь оболочка, скрывающая более глубокие чувства, которые сформировали не одно поколение настоящих любителей «горячего» чтива.

Ерік-Емманюель Шмітт. Мадам Пилінська і таємниця Шопена. — Л.: Видавництво Анетти Антоненко, 2019

В книжную серию Writers on Writing, в которой публикуется эта автобиографическая книга современного французско-бельгийского классика, изданная при поддержке Украинского культурного фонда, войдут до сих пор не переведенные на украинский язык публицистические произведения и эссеистика всемирно известных авторов и украинских писателей. По сюжету этой истории, главный герой ищет разгадку гения Шопена. И благодаря многолетней школе игры на фортепиано и появлению в его жизни эксцентричной женщины, все-таки находит формулу успеха. Впрочем, какого именно? И только музыке ли учат героя — молодого философа, который медленно погружается в мир литературы?

«— Мадам Пилінська, — наполягав я, — все ж таки поясніть. — Ходіть до парку і робіть на воді кола: так ви збагнете резонанс. Дивіться на рівну гладеньку поверхню, киньте у неї один пластівець — вода здригнеться. Дослідіть це торкання, його наслідки, час утворення кіл, їх розпливання й зникнення. Не кваптесь. Спостерігайте. Наступної суботи вам знадобиться це для басів — які злітають і змовкають — і для перетворення мелодії на хвилю гармонії. Вчіться бути текучим».

Майлз Дж. Юнгер. Пікассо: живопис, що шокував світ. — Х.: Фабула, 2019

Эта увлекательная книга — попытка заглянуть за кулисы официальной биографии всемирно известного художника, классика кубизма, непокоренного романтика и мятежника в искусстве — в надежде понять, как он стал «тем самым Пикассо». И это автору вполне удалось! Богемный Париж начала ХХ века, легендарные имена, факты и события, из которых состоял миф о столице мира, какой она была для многих юных художников, которые приехали сюда в поисках свободы. Нищета и жажда всего нового — вот что объединяло их, и к такой жизни, как свидетельствует герой повествования, нужно было иметь талант.

«Людині треба мати здібності для того, щоб дозволити собі розкіш, — говорил Пикассо писателю Жану Кокто, — і мати змогу зневажати її». Як саме він навчився поєднувати в собі ці дві якості, герой книжки починає, за сюжетом, у 1945 році, коли всі мистецькі революції давно минули. «Ті часи, коли Монмартр, і зокрема „Бато-Лавуар“, був центром усього найважливішого в мистецтві, залишилися далеко позаду, і наразі тут панували тиша й затхле дихання старої гробниці. Блукаючи плутаними коридорами, вони навпомацки просувалися вперед, а Пікассо намагався дещо виправити важке враження, розповідаючи історії про давноминулі дні».

Олена Гураль. З любов’ю, Серж Лифар! Кн. 1. Київ назавжди. — К.: Саміт-Книга, 2019

Это первая часть трилогии о выдающемся балетном танцовщике, основателе Парижского университета хореографии и Университета танца. Книга знакомит с первой любовью и киевским периодом жизни героя до декабря в 1922 года включительно. Настоящая эпическая сага, семейная история, полноценный биографический роман, в котором — лето будущей звезды в цыганском таборе, опека родителей, переезд в Киев, юность и первые восторги и до дальнейшей эмиграции. Время от времени автор делает исторические отступления, рассказывая о Киеве начала ХХ века, Первой мировой, дальнейших «революционных» событиях.

«На Різдво 1917-го більшовики увійшли до Києва. Життя зупинилося: люди боялися ходити по місту і намагалися відсиджуватися по домівках». Тож не дивно, що з часом, а саме у 1923 році нашому героєві довелося тікати на запрошення Дягілєва через Польщу і Німеччину — до Парижу. Але навіть тут, де Дягілєв в той час організовував «Російські сезони», Сергій (Серж) Лифар не забував про своє коріння, про що мова вже у наступній книзі трилогії, «Піднятися на Царський майданчик і подивитися на величний Дніпро, — мріяв він на чужині. — На його міць! Милуватися сонячною доріжкою на воді. Вдихнути повітря козацької волі й крикнути рідною українською мовою: «Батьку, ти чуєш мене?»

Марина Гримич. Клавка. — К.: Нора-друк, 2019

Этот роман посвящен одному из знаковых периодов отечественной литературы, на фоне которого разворачивается личная драма главной героини, дочери врага народа, незаметной секретарши Союза писателей и частной машинистки в легендарном киевском РОЛИТе. «У будинку, де все було не так, як у світі назовні — суворому й невблаганному. Це, по суті, був навіть не будинок, а „письменницьке село“, де жили милі, начитані, інтелігентні люди, не те що в неї вдома у „підземеллі“ — в напівпідвальному поверсі будинку по вулиці Чкалова, 45-в», — рассказывает героиня о писательском улее, который пережил и репрессии, и немецкую власть, но в романе как бы снова вернулся в прошлое с его «квартирным» вопросом.

Дело в том, что речь в этой истории о 1947 с его пресловутым Пленумом СПУ, на котором в очередной раз громили украинскую советскую литературу. Точнее, тех немногих, которые до сих пор «отвечали» в ней за «украинское», как, например, неоклассик Максим Рыльский. Поэтому коммунальная кухня советской литературы в доме РОЛИТ и Союзе писателей — вот основное поле романа, в котором ярко показана атмосфера расправы над теми, кого не уничтожили в 1930-х. Именно на его фоне и строится любовный треугольник героини — между ответственным работником ЦК КП(Б) и молодым писателем, который только что вернулся с фронта.

Ирина Лобусова. Диббук с Градоначальницкой. — Х.: Фолио, 2019

Очередной ретророман известного автора — это история Одессы 1929 года. По сюжету, в городе бесчинствует банда Алмазной — дерзкие, просто среди белого дня ограбления банков и состоятельных граждан, множество трупов… Город напуган. А настоящая Таня Алмазова, чьим именем прикрывается самозванка, которая возглавила бандитов, думает, как это остановить. Проводя собственное расследование, она узнает, что в еврейской мифологии существует понятие «диббук». Это злой дух, который преследует живых, и вселяется в них. С помощью Володи Сосновского Таня должна этот миф разрушить.

«Петренко потерял дар речи, когда Сосновский положил белый камень на его вдруг задрожавшую ладонь. Этот камень как две капли воды напоминал тот, что лежал у него в кармане, — в картонной коробочке, завернутый в красную фланельку! Даже по форме эти два камня были абсолютно идентичны! Одна грань выпуклая, другая — срезанная ровно. На плоской стороне — засохшие остатки прозрачного клея, точно в таком же количестве, как и на камне Петренко».

Следите за самыми интересными новостями из раздела НВ STYLE в Facebook

Журнал НВ (№ 21)

Парламентские списки

Благодаря двум новым политсилам парламент ждет беспрецедентное в истории Украины обновление

Читать журнал