Сейчас лучшее время для завоевания мира. Обед с Натальей Жижченко

14 мартa, 20:45 855
Цей матеріал також доступний українською
Сейчас лучшее время для завоевания мира. Обед с Натальей Жижченко - фото

НВ

Лидер группы Onuka, которую слушает вся Европа, заявляет, что сейчас - лучшее время для завоевания мира, и вспоминает самые экстравагантные поступки в своей жизни.

К огда Наталья Жижченко, популярная певица и лидер группы Onuka, протягивает руку для приветствия, на ее предплечье мелькает татуировка Error 404. Not found. Код интернетовской ошибки, который обычно появляется в ответ на запрос несуществующего сайта, невольно вызывает вопрос. “Люди, которые меня знают близко, говорят, что мне она [татуировка] очень подходит”, - просто отвечает Жижченко, присаживаясь за столик в столичном кафе Très Français, где назначила НВ встречу.

Это заведение напоминает квартиру бабушки, причем не украинской, а скорее французской, под стать кухне заведения - на подоконниках милые безделушки и фотографии, на стенах картины, а под потолком деревянные балки, которые обвивает зелень.

“Я не люблю напыщенную атмосферу, особенно когда она искусственная”, - признается певица. Именно по этой причине она избегает дорогих пафосных ресторанов, предпочитая им домашние кухонные посиделки. Très Français с его французской кухней и расположением в самом сердце Киева на Костельной - редкое исключение из правил, его Жижченко ценит за то, что “там вкусно и уютно”.

Сценический образ Жижченко - платиновые волосы, черная помада, экстравагантные костюмы - имеет мало общего с реальным. В жизни электронная дива миниатюрна, мало накрашена и тиха. Хотя она - среди тех отечественных музыкантов, которые в последнее время заявили о себе особенно громко.

Участие группы Onuka в финале киевского Евровидения ввело ее в узкий круг отечественных коллективов, не просто известных, но и популярных за рубежом. Альбом Vidlik, посвященный Чернобыльской катастрофе, вошел в топ электронных чартов iTunes Польши, Великобритании, Швеции, Германии, Дании и Нидерландов, а также Франции, Швейцарии и даже Австралии.

“Это больше, о чем можно было мечтать на этот момент, - прямо говорит Жижченко, которая теперь не успевает вносить новые города в гастрольный тур по Европе. - Не это ли счастье?”

Фото: НВ

Ее этно-электронному проекту Onuka уже четыре года. Сочетание электронных барабанов с народными инструментами довольно быстро превратило проект из андеграундного в модный и успешный. Пока у Onuka вышло два мини-альбома, на подходе - третий, в котором, кроме цимбал, бандуры, валторны, трембиты и казацкой трубы, зазвучат два новых народных инструмента с загадочными названиями варган и телинка.

— Можно мне круассан с лососем? - заказывает любимое блюдо Жижченко, не глядя в меню. - И латте, пожалуйста.

Я беру себе луковый пирог - в меню он обозначен буквами TF, что расшифровывается как “очень по‑французски”, и ягодный лимонад. Его настойчиво рекомендует официант.


З а окном июньская жара, в Très Français приятные +21°С, негромкая музыка и отсутствие людей. Впрочем, зал все же понемногу наполняется - близится время ланча. Среди вновь прибывших много иностранцев, которые с любопытством разглядывают позирующую фотографу Жижченко, силясь узнать в ней знаменитость.

— Самый главный способ засветиться - это [интересная качественная] музыка. Классная песня. Даже не видео, не концерт - музыка, - на старте интервью раскрывает Жижченко свое кредо.

Европейский гастрольный трек-лист Onuka на 60% состоит из украиноязычных песен, а сама певица убеждена, что на концертах никого не смущает незнакомый язык. Западного слушателя украинский язык может приятно удивлять, если он гармонично вплетается в аранжировку, говорит она.

Причем для завоевания Европы и Америки отечественной музыкой сейчас особенно хорошее время, продолжает Жижченко. “Есть повышенный интерес к странам Восточной Европы, и к Украине в частности”,— считает она.

Певица внимательно смотрит на то, как официантка расставляет перед нами блюда, и неожиданно спрашивает:

— А можно я не буду здесь есть?

Она просит упаковать круассан, чтобы взять его с собой, а для разговора с НВ оставляет латте. С чашкой в руках певица готова много и долго говорить о музыке. Я спрашиваю, как она относится к введению квот на обязательные 35 % музыки на радио на украинском языке.

— Мне кажется, это смертный приговор радиостанциям, - категорична она. - Нет в Украине столько классного украиноязычного контента [чтобы заполнить эфир]. Либо поднимаются старинные треки таких артистов, что просто мерзко это слушать, либо это десять треков Океана Ельзи за час. А такие группы как The Hardkiss, Cepasa, Alloise, офигенная украинская музыка, не попадают под эти квоты, потому что поют на английском. Это дурость.

Также Жижченко возмущает появление в эфире украинских народных песен в современной обработке. “Это я презираю, - не скрывает эмоций она. - Мне кажется, это то, что заставляет людей ненавидеть украинскую музыку и вообще к украинской музыке не относится. Это хуже, чем шансон”.

Певица не верит, что ради ротации на радио артисты станут писать песни на украинском, разве что в качестве эксперимента. Ведь основным каналом продвижения для музыкантов становится интернет, где нет ограничений и требований, а главное - там обитает их целевая аудитория.

Впрочем, ее собственная аудитория несколько шире: это семьи с маленькими детьми, молодежь, люди среднего возраста и пожилые пары, перечисляет Жижченко. И, делая глоток латте, тут же заключает: “Абсурд”. Секунду подумав, добавляет, что вообще Onuka - это совокупность абсурдов.

— Придумать сыграть на сопилке в ночном клубе - абсурдно. Привести бандуриста туда же - абсурдно. Пойти на Евровидение с технотреком и волосатым барабаном [музыкальный инструмент бугай], с номером, в котором я даже не пою, - тоже абсурд. У меня часто все происходит вопреки всему. И если есть девиз, то вопреки - это то самое слово.

Через мгновенье лицо певицы внезапно озаряется:

— О, вопреки - классное слово для татуировки. Надо записать.

Выступление группы Onuka с Национальным академическим оркестром народных инструментов стало ярким событием для обоих коллективов
Выступление группы Onuka с Национальным академическим оркестром народных инструментов стало ярким событием для обоих коллективов / Фото: Kartashov Stas via Facebook

Она делает заметки в iPhone и признается, что коллекционирует емкие слова.

— Так было придумано название Onuka. Я даже помню, где и на каком светофоре его придумала. Это было семь лет назад.

Название группы появилось благодаря дедушке Жижченко, мастеру народных инструментов, который, будучи дирижером оркестра и гастролирующим музыкантом, всю жизнь проработал на Черниговской фабрике музыкальных инструментов. Именно он смастерил для внучки ее первую сопилку, когда той было четыре года.

Жижченко называет дедушку сорвиголовой, который “любил зажечь”. Ему под стать была и бабушка, на десять лет моложе. “Ездила на мотоцикле, в крепдешиновом платье, без шлема, с развевающимися локонами, - восторженно вспоминает певица. - Мечта всех мужчин Чернигова”.

Красавица-бабушка работала на той же фабрике, что и дедушка, полировала музыкальные инструменты и играла на бандуре в традиционном трио.

В такой семье к 15 годам Жижченко и сама виртуозно играла на сопилке, объездила с коллективом народных инструментов всю Европу. Но музыкальную школу так и не окончила, а когда пришло время выбирать вуз, она, круглая отличница и золотая медалистка, решила: куда угодно - только не в музыкальный. “Я не хотела связывать жизнь с народной музыкой, мне это было неинтересно”, - говорит она.

Выбор Жижченко был спонтанный и даже нелепый: она искала вуз, где, по ее мнению, можно было не учиться - таковым она посчитала Институт культуры, факультет культурологии.

— Я пришла, в группе 52 человека, все разговаривают на суржике, и тут же - я со своим максимализмом, Камю и Сартром, - эмоционально описывает однокурсников певица. - Для меня это был удар.

Теперь она видит в случившемся знак судьбы: квинтэссенцией ее обучения в Институте культуры стал диплом про Чернобыль - о том, как авария повлияла на культуру региона. Так она открыла для себя музыку самоселов, вернувшихся в собственные дома в зону отчуждения после катастрофы. “Я никогда не думала, что вся эта тема настолько развернется и будет мне интересной”, - признается певица, отец которой был ликвидатором на ЧАЭС.

Теперь Жижченко называет Чернобыль самым красивым местом на земле, а дорогу из Киева до Чернобыля - путешествием во времени и пространстве. В городе, уничтоженном техногенной катастрофой, а также на атомной станции она бывает довольно часто. В последний раз приехала туда сразу после Евровидения, решившись на экстравагантный поступок - неделю проработать на станции вместе с другими ее сотрудниками.

“Возможно, моя миссия в том, чтоб уделить должное внимание этой теме, - пытается объяснить свой порыв Жижченко. - Мечтаю в будущем сделать что‑то полезное для людей, которые там работают”.


З а кофе от одной остросоциальной темы мы перебираемся к другой, и я спрашиваю ее, отказавшуюся от гастролей в России, что она думает о коллегах, которые все же выходят на сцену в стране-агрессоре.

— Музыкант - это рупор для своей аудитории, он несет перед ней ответственность [за слова и поступки], - говорит Жижченко. - Артист без месседжа для меня не может существовать. Искусство - это всегда какой‑то месседж.

— Политические скандалы с участием людей культуры общество воспринимает остро, - замечаю я. - Бывает, неосторожные высказывания оборачиваются бойкотом, как это произошло с вашим другом Иваном Дорном. Его, например, вычеркнули из списка выступающих на фестивале Atlas Weekend. Это справедливо, на ваш взгляд?

— Это провокационный вопрос, - вздыхает Жижченко. - Мне тяжело сказать. Мне Ваню точно не хочется оскорблять, я хорошо к нему отношусь как к человеку, но тут наши мнения разошлись.

На минуту остановившись, она продолжает:

— Моя позиция ясна: мы не ездим на гастроли. Я люблю украинскую культуру, музыку, и я люблю ее не с 2013 года, а с детства. А вообще патриотизм - очень интимное чувство.

Перед тем как попрощаться, я спрашиваю, кем себя видит Жижченко через пять лет. Но она признается, что живет сегодняшним днем.

“У судьбы всегда свои планы”, - певица задумывается о чем‑то своем, а затем, захватив пакет с круассаном, исчезает в дверном проеме.


Пять вопросов Наталье Жижченко:

— Ваше самое большое достижение?

— Победа над депрессией.

— Ваш самый большой провал?

— Алкоголь.

— На чем вы передвигаетесь по городу?

— На своей машине, у меня Smart Roadster.

— Последняя прочитанная книга, которая вас впечатлила?

— Щегол Донны Тарт.

— Кому бы вы не подали руки?

— Смотря в какой ситуации. Если бы из горящего поезда помогала человеку выбраться, то подала бы любому.


Этот материал опубликован в №22 журнала Новое Время от 16 июня 2017 года

Спецвыпуск НВ Style

В гостях у Роберта Гулиева

Знаменитый украинский винодел устраивает экскурсию по своему дому на берегу моря в Одессе, показывает сад, созданный парковым архитектором Берлускони, раскрывает тонкости собственного бизнеса и угощает превосходным шардоне 2016 года из личного винного погреба

Читать журнал